Москва
Ваш город:
Москва
Нет
Да
Партнерам Для СМИ
С 1 октября 2021 года актуальные материалы по финансовой грамотности читайте на сайте
МОИФИНАНСЫ.РФ
В этом разделе вы можете ознакомиться с материалами, созданными в рамках совместного проекта Минфина России и Всемирного банка в период с 2010 по 2020 год.

АНТОН ДЕМУРА: «Это был финансовый суицид»

АНТОН ДЕМУРА: «Это был финансовый суицид»

Актер Антон Демура на сцену Московского театра миниатюр впервые вышел в 8 лет, но между ролью беженца в спектакле «Бранденбургские ворота» Александра Дунаева и клипом на песню Oxxxymiron’а «Накануне» прошло 35 лет — целая жизнь, похожая на сериал о психологических аспектах финансовой грамотности, где все начиналось с большой любви без штампа в паспорте и чуть не закончилось в центре для лиц без определенного места жительства. И если в клипе героя Антона убивают по-настоящему (слышен выстрел), то в финансовом плане он чуть не убил себя сам, оставив бывшей супруге две квартиры и купив квартиру по договору долевого участия, хотя подождите, может быть, у это страшной истории счастливый финал? О проблемах обманутых дольщиков и причинах нерациональных финансовых решений — в эксклюзивном интервью с Антоном Демурой специально для рубрики «Звездные истории».

Демура1.jpg

— Антон, вы с детства на сцене, были ли в вашей жизни ситуации, когда вы вынужденно соглашались на какую-то роль только ради денег?

— Да, были. Когда я снялся в рекламе лекарства для мужчин... ну, вы понимаете.


— И вы долго обдумывали это предложение?

— Не обдумывал вообще, согласился сразу. Потому что там снимался Дмитрий Нагиев.


— Это вы так себя психологически успокаивали?

— Да. И вот я еду в метро... напротив меня сидит очень приличная пожилая женщина, а рядом с ней внучка лет девяти-одиннадцати. И эта внучка так пристально на меня смотрит. А я в темных очках. А она все равно сквозь очки пытается меня разглядеть. И в какой-то момент как закричит на весь вагон: «Бабушка, бабушка, это вот он дядя, у которого... (та самая проблема, от которой лекарство из рекламы должно помогать. — Прим. ред.)». И — та-да-да-дам! — теперь уже весь вагон так же пристально смотрит на меня.


— А вы?

— А я надел наушники и сделал вид, что ничего не слышал.


— Когда вы соглашались на ту рекламу, у вас не было денег?

— У меня тогда денег не было вообще.


— В обществе не принято спокойно признаваться в полном отсутствии денег. Почему вы делаете это так спокойно?

— Я этого не стыжусь. Все уже пройдено.


— Что было вашим самым великим стыдом?

— День, когда у меня не приняли заявление в полицию о том, что у меня в хостеле украли все мои вещи. Мне сказали: «Ты бомж, мы ничем не можем тебе помочь. Ты все придумал».


— А чего вы в этот момент стыдились?

— Того, что я,

 

москвич, купивший квартиру
за свои деньги, стал бомжом.


Застройщик оказался неблагонадежным и украл деньги, переведя их в офшоры. Нас таких, пострадавших от этого застройщика, — две с половиной тысячи только в моем жилищном комплексе. Крупнейший российский банк сопровождал эту стройку. Коробки домов уже стояли. Там было двенадцать корпусов. Риелтор, с помощью которой я проводил сделку, тоже казалась надежной, мы восемь лет были знакомы.


— А другой квартиры у вас не было?

— При разводе я оставил квартиру семье, хотя мы не были женаты официально. У меня было две квартиры, обе их покупал я. Обе продал и отдал все деньги бывшей жене и дочке. Сейчас понятно, что это поступок абсолютно глупый с материальной точки зрения, но я был в таком состоянии, что жить не хотелось. Я не планировал жить, поэтому квартира в строящемся доме не воспринималась мной как место, где я буду проживать.


— Зачем вы отдали все деньги бывшей жене?

— Может быть, странно звучит, но я пытался вернуть жену этими квартирами — сначала одну продал, потом другую. Она на деньги от первой перекрыла маме крышу в деревне, раздала долги по кредитам. Она всегда брала кредиты и не знаю на что их тратила. А я занимался ребенком и работал. Я понимал после продажи первой квартиры, что любовник у нее так и остается. И я взмолился уже: «Ну роднуля, чего тебе не хватает? Давай я вторую квартиру продам!» И я продал, лишь бы она забыла про этого своего товарища. Мы начали ездить, туда съездили, сюда, а ревность не проходит. Так ушли две квартиры. Когда я ушел в монастырь и работал там помощником трапезника, она даже приезжала туда ко мне в монастырь, молилась, с батюшкой общалась. А я вернулся из монастыря и понял, что любовник все равно есть.


— То есть выписаться в никуда пришлось, когда вы продали вторую квартиру?

— Да, выписался и купил себе квартиру в новостройке по договору долевого участия. Ушел жить в монастырь, а после монастыря уехал в Израиль. Оформил ДДУ и поехал в Израиль работать дайвером и ждать, когда квартира будет готова (или когда на глубине в баллоне закончится кислород, в таком я был состоянии). По договору, через пять месяцев я должен был получить ключи. Через пять месяцев я вернулся в Москву, а мне говорят: «Подождите, пожалуйста, еще три месяца». Я снял квартиру и подождал. Но через три месяца мне говорят: «А подождите, пожалуйста, еще три месяца». Но деньги у меня заканчивались, без прописки я не мог устроиться на работу.

Демура2.jpg

— Но разве у вас уже не было репутации актера, для того чтобы вас звали работать?

— Но я не мог ни с кем заключить контракт без прописки.


— А друзья?

— Некоторые меня терпели долго. Но и совесть хорошо иметь. У меня рецепторы развиты, я чувствую, когда начинаю мешать. Я стал снимать место в хостеле, перевез все свои вещи туда. Устроился на работу водителем скорой помощи... И так я жду своей квартиры уже шесть лет.


— Что вы предпринимаете для того, чтобы квартиру все же достроили?

— Мы ходим на митинги, пишем жалобы. Нашей инициативной группе что-то обещают, но уже не верится в обещания. Я выбрал этот комплекс еще и потому, что мой ребенок занимается теннисом. А на территории комплекса была заложена академия тенниса. Я думал, что это перспективно для ребенка. Я думал, она подрастет и будет рядом с домом заниматься на закрытых кортах.


— Что обещают сейчас?

— Говорят, что скоро будут выдавать ключи людям из первой очереди. Я во второй очереди. Только эта эпопея тянется с 2013 года. Но закон уже поменяли, хорошо, что другие люди больше не попадут в такую ситуацию. Сейчас

 

по новому закону
люди приносят деньги в банк,
а застройщик строит дом на свои деньги.


И как только он выдаст тебе свидетельство и квартиру с ключиком, тогда и банк выдаст ему твои денежки. А мы напрямую принесли деньги застройщику (речь идет о поправках в законодательство о долевом строительстве, предусматривающих обязательное использование эскроу-счетов с 1 июля 2019 года всеми застройщиками, привлекающими средства граждан. — Прим. ред.). И в результате в эти годы я ощущал себя растоптанным совершенно. Я стал бомжом. И когда мне потребовалась медицинская помощь, мне в больнице сказали: «Ты пришел сюда отлежаться. Ты — бомж». А я был хорошо одетым человеком.


— А вы не могли им рассказать о своих ролях, показать видео ролей?

— Мог и показывал видео со своих спектаклей. А они говорят: «Мы не можем тебя принять в больницу. У нас положение — все бомжи должны сначала пройти дезинфекцию. Поезжай на „Курскую“, там дезинфекционное отделение». Я туда пришел, и с меня вместе со всеми бродягами сняли одежду, проверили. А мою одежду закинули в какой-то котел и там обработали высокотемпературным паром.


— Что вы тогда чувствовали?

— Ничего.


— Вообще?

— Абсолютно. У меня не было других вариантов. Мне нужно было получить медицинскую помощь.


— Но почему вы говорите, что ничего не чувствовали?

— Рядом со мной были такие же люди, как и я, попавшие в сложную ситуацию.


— В тот момент вы сами с собой разговаривали?

— Я пытался ни о чем не думать. Я не возмущался, не фыркал, не кричал на сотрудников дезинфекции, которые выполняли свою работу. Я был исключением в группе людей, которые действительно нуждались в том, чтобы помыться.


— Значит, из дезинфекции вы вышли уже другим человеком?

— Я вышел растоптанным.


— А говорите, что ничего не чувствовали...

— Я много чего чувствовал, но сейчас я не хочу возвращаться в то состояние и смотрю на тот день как на опыт. А тогда меня растоптали. Ситуация довела меня до такого состояния... поместила в замкнутый круг. Я понял, что со мной могут сделать все что угодно. Лиши меня прописки, и я — никто. А я видел людей, которые семьями живут в гаражах, моются в тазиках, а спят там, где хранятся овощи.


— Где это было?

— Я познакомился с ними на митинге обманутых дольщиков и пожаловался, что живу в хостеле — двадцать человек в комнате. И они пригласили меня к себе... Я тогда работал таксистом, часто возил пьяных людей, выслушивал от них оскорбления, они мне часто не доплачивали. «Ты зачем меня везешь этой дорогой?! (пародирует хрипло) Обмануть хочешь?!» — «Да я москвич! Я, наоборот, хочу довезти тебя короткой дорогой, чтобы деньги твои сэкономить». — «А я этой дорогой никогда не езжу!» — «Вот теперь ты будешь знать, что есть такая короткая дорога». У меня после всех этих шести бездомных лет интуиция на людей начала хорошо работать. Я стал людей по-другому ощущать. Я в хостелах с такими людьми общался... Я там прожил два года. Не мог квартиру снять.

Демура3.jpg

— А свою бывшую жену вы не могли попросить, чтобы она пустила вас пожить на время?

— Нет. Там уже жил другой мужчина.


— Что нового вы узнали о людях за годы жизни в хостеле?

— Я увидел, что многие люди живут за гранью нищеты. Они питаются на сто рублей в день.


— А что можно купить на сто рублей в день?

— Лапшу быстрого приготовления, макароны. В хостеле все время пахло жареным хлебом. Постояльцы покупали батон, нарезали его и жарили на подсолнечном масле. Получалось что-то типа тостов. Чтобы не простой хлеб есть.


— А яйцо добавляли?

— Нет. И еще сверху растительным маслом поливали, чтобы жирнее было, чтобы больше калорий. У меня вся одежда пропахла жареным хлебом. Эти люди приехали из глубинки. Они могли вернуться домой. Но в чем тогда был бы смысл их приезда? Они обещали родным вернуться с деньгами. Работали таксистами, в сервисах бытовых услуг, грузчиками мебели, например. Они даже не видели заказчиков. Они низший слой исполнителей. И они были запуганы. Практически все. Спокойно общаться они могли только в пределах хостела с людьми, которых они уже знали.


— Что напугало их?

— Они не могли вернуться домой — не могли и не хотели. Но и здесь они никак жить не могли. Здесь они поняли, что они никто. И надеялись только на чудо. Что встретится им какой-нибудь классный человек и возьмет на работу.


— И эта надежда на чудо оправдывалась?

— На моей памяти только дважды. Одна девушка из хостела нашла себе богатого мужчину. А один парень пил пиво в баре и познакомился с человеком, который им проникся и взял его к себе в салон на работу — делать татуаж бровей.


— А в вашей жизни было чудо?

— Да, я встретил девушку. Точнее, она меня нашла. Она ходила на мои спектакли. Написала мне в социальной сети: «Как дела?» Отвечаю: «Все хорошо». Хотя у меня уже все было нехорошо. У меня украли все вещи в хостеле, и


 

мама отказалась прописать меня
в своей квартире.


— Вы единственный ребенок?

— И нежеланный. Нас должно было родиться двое. Отец от нее ушел, она узнала, что беременна, и она решила избавиться от ребенка. Не знаю, как она это сделала, но потом пришла к гинекологу и спрашивает: «А почему живот все равно растет?» Тот отвечает: «Да это фиброма». А я понять не мог, почему она в детстве называла меня «фибромой».


— Это слово можно поделить на два красивых мужских имени: Фиб и Рома.

— Потом она снова пошла к гинекологу, и тот ее снова успокоил: «Иди работай. Это фиброма». А она певицей работала. Потом пошла к другому гинекологу, и там уже узнала, что беременна. Аборт на таком сроке поздно было делать. И вот я сижу перед вами в результате ошибки врача.


— А вы когда-нибудь думаете о своем брате или сестре?

— Конечно. Всегда. И это мне очень помогает.


— Как обстроят дела на сегодняшний день? Есть заработок?

— Да. Но вы меня спрашивали про чудо, а я вам начал рассказывать... В какой-то момент я устал жить в хостеле и решил снять себе жилье — баню в Сколково.


— Баню?

— Баню. Есть жадные люди, которые сдают даже бани. Там комната отдыха и баня щитовая. Это строительный вагончик, поделенный пополам стеной. А комната отдыха обита утеплителем. Туалет на улице. Обогревается калорифером. Я тогда работал в такси, и у меня был хороший рейтинг. Я работал в штате потому, что не мог арендовать машину — из-за отсутствия прописки. А тех, кто работает в штате, всегда обманывают.


— Как?

— Каждый день, работая в штате, ты должен отправлять пятьсот рублей на депозит начальнику базы. Вдруг ты попадешь в аварию? И вот с этого депозита, если виновен ты, денежки пойдут на ремонт. Твой депозит должен составить пятнадцать тысяч рублей, и только после этого ты уже можешь эти пятьсот рублей оставлять себе.

Демура31.jpg

— А сколько оставалось вам от заказов?

— Пятьдесят на пятьдесят, и еще бензин сам покупаешь. В сутки удавалось заработать тысячу двести рублей. Пятьсот уходили на хостел, еще я тратил деньги на пачку сигарет, на мойку машины и что-то ел.


— А что вы ели в течение дня?

— Шаурму. Мог выпить кофе или чай. По пути домой вечером покупал пельмени недорогие, по семьдесят шесть рублей за пачку.


— Наверное, в них мяса совсем не было...

— Но это не имело значения. Я забивал ими желудок. Покупал пельмени или лапшу быстрого приготовления. Пельмени лучше, чем лапша.


— Вы и сейчас так питаетесь?

— Нет! Вы что?! Я вам рассказываю, как питался тогда, когда у меня были только одни трусы и одни носки. А потом жизнь моя поменялась, и я стал жить, как раньше. Раньше я был обеспеченным человеком. У меня кроме актерского есть еще и инженерное образование.


— Давайте про ваше чудо!

— И вот снимаю я баню в Сколково, вношу предоплату. Что мне это давало? Территория дачная, значит, я мог там помыть машину.


— И сэкономить на мойке?

— Да. Там была колонка, ведро, тряпки. Снял я зимой, а летом собирался начать нормально питаться — там пошли бы овощи и ягоды. Чтобы не покупать, а выращивать.


— Вы были все же финансово грамотным человеком в своем положении...

— Я пытался выжить. Я ходил в одной и той же одежде. Если бы я купил себе куртку, мне было бы не на что снимать жилье.


— А ваша бывшая жена совсем не интересовалась тем, как вы живете?

— Она хотела, чтобы я скорее умер. А вдруг бы попросил все, что оставил, назад? Да, есть такие люди... И видеться с ребенком она мне не давала.


— Может, вы злоупотребляли алкоголем?

— Нет, конечно! Если бы я еще и пить начал, тогда бы точно умер. Ни грамма спиртного. Я работал только на еду и воду.


— Вы думаете, что справедливость восторжествует?

— В чем-то месть уже восторжествовала — застройщик обанкротился, заведены уголовные дела. А мне теперь бывшая жена разрешает видеться с ребенком. Ребенку говорят: «Смотри, какой у тебя папа сильный. Из такой ситуации выскочил». И я помогаю им деньгами. Бывшая жена начала со мной разговаривать, и ее муж теперь ревнует ко мне.


— Вы хотите сказать, что это все только из-за денег?

— А вы не знаете, что существуют алчные люди? А вы бы смогли простить измену? А я пытался это сделать. Я кучу литературы об этом перечитал и наткнулся на высказывание:


 

«Простить измену
может только великий».


— В каком смысле великий? Может быть, прощать по-настоящему очень сложно и на настоящее прощение способны только единицы?

— Возможно, и так. Я прочел еще, что после измены девять человек из десяти уходят. Значит, один великий все же находится.


— Но, наверное, чтобы великий по-настоящему простил, другая сторона тоже должна по-настоящему раскаяться?

— Если та сторона регулярно раскаивается, а великий прощает снова, это уже мазохизм.


— Вы ревнивы?

— Когда есть основания. Я чувствовал, что любовь утекает из семьи. Я же актер. У меня интуиция. Я с восьми лет в профессиональном театре. И больше всего я ненавижу лживые речи и лживую игру.

Демура4.jpg

— Расскажите все же про чудо...

— А! Про чудо! ...Я тогда уже снял баню, и пишет мне в социальной сети девушка, спрашивает, как дела. Я спрашиваю: «Откуда ты меня знаешь?» Отвечает: «Я часто приходила на твои спектакли и один раз даже подарила цветы».


— Поклонница?

— Да. А у меня уже тогда все было плохо. Каждые пять минут хотелось избавить себя от этого всего — повеситься... Так жизнь убивала... Я так ревновал жену... Друзья мне сказали: «Дурак, ты себя этой ревностью до онкологии доведешь». И я ушел от нее сначала в Свято-Пафнутьевский монастырь в Боровске. Пришел там к старцу Власию, он так посмотрел и говорит: «Мира не будет». Почувствовал, что между мной и женой больше любви нет. И он определил меня в подворье монастыря, я жил в ризнице, работал помощником трапезника, монахи молились за меня. Потом я уехал в Израиль и там впервые задумался о суициде. Сейчас очень рад, что этого не случилось.


— Хотели утонуть?

— Да, конечно, я ведь дайвер, и все списали бы на несчастный случай. Я на большие глубины тогда ходил, а инстинкта самосохранения не было уже. Мне было больно двадцать четыре часа в сутки.


— Вас убивала любовь?

— Да.


— Но разве любовь может убивать?

— Ну, видимо, это была уже не любовь, а чувство собственности. А любил-то я ребенка своего. Но я не мог видеть ребенка потому, что этого не хотела бывшая супруга... Так, вы же просили про чудо рассказать... (меняется в лице)


— Расскажите про чудо, но сначала ответьте — когда вы мылись в тот день в дезинфекции, вы еще любили?

— Конечно.


— И считали, что вы претерпеваете из-за любви?

— Да. Но в то же время я понимал, что не столько люблю, сколько ревную.


— Мысль о том, что вы страдаете из-за любви, в тот день приносила облегчение?

— Да, потому что от этой мысли появлялась жалость к себе.


— А от жалости к себе начинался путь к излечению?

— Чувство жалости к себе и стыд начали вытеснять эту любовь. А я себя очень жалел за то, что у меня не было одежды, не было прописки и я никому не был нужен.


— Вернемся к чуду!

— Мы общались с девушкой в соцсети, и она говорит: «Давай встретимся?» Я говорю: «Ну давай... встретимся. Приедешь?» — «А где ты живешь?» — «В Сколково». Я думал, она увидит, что я живу в бане, и сама откажется от общения со мной. Она приехала. Я встретил ее на платформе. У меня руки тряслись. Я думал: «Господи, Господи, сейчас она увидит этот туалет на улице, и все...»


— Она была похожа на свою фотографию на аватарке?

— Нет... Приехала девочка. А она уже влюблена в меня была, но я тогда об этом не знал. Я говорю: «Пойдем погуляем. Тут прекрасный парк». Зима, холодно. Я в легкой курточке и легких ботиночках. Делаю вид, что мне не холодно: «Эге-гей, погодка!» Мы гуляем-гуляем, и она говорит: «Я замерзла». Она в зимней одежде замерзла... Она спрашивает: «А тебе не холодно?» Я говорю: «А я закаленный! Я в прорубь ныряю!» Она говорит: «Сейчас бы чаю горячего...» И я понимаю, что надо вести ее к себе. А у меня дома — шаром покати. Я боялся ее спугнуть, думал — вот наладится у меня, тогда я позову. Она говорит: «Мне надо в туалет. Пошли». Я привожу ее к бане и говорю: «Вот постой здесь пока у калитки». Забегаю к соседям: «Караул! Караул! Она хочет ко мне сюда зайти!» Соседка говорит: «Сейчас, подожди...», и выдает шоколадку. Я беру шоколадку, а у меня еще два пакетика чая были. Подхожу к ней: «Пошли...» Заходит в баню: «Ты здесь живешь?» —«Да! Класс! Баня! Все время напаренный! Здоровьем пышу!» А она: «Но здесь же нельзя жить...» Я говорю: «Пока так...» — «А где туалет?» — «Вон он...» — «На улице?» — «На улице. Да. Иди, если очень надо». ...Потом мы столько ржали над тем днем, я потом уже ей говорил: «Думал, ты после того, как зайдешь в туалет, сразу уедешь и не вернешься». А через три дня она сказала: «Собирай свои вещи, я тебя забираю отсюда». Через месяц прописала меня у себя.

Демура5.jpg

— А вам она нравилась?

— Ну конечно! Мы уже два с половиной года живем вместе.


— Как, по-вашему, государство должно было поступить, когда вас обманул застройщик?

— Государство несет за нас ответственность. А где мне жить, если больше нет денег?


 

Вы знаете, сколько суицидов
в нашем жилом комплексе произошло?
Сколько семей распалось?


— Дайте совет человеку, оказавшемуся почти без денег, как ему сэкономить?

— Дам четкие инструкции. Экономил я так: варил себе макароны. Макароны — это калории. Покупал помидоры и готовил себе пасту. Добавлял в макароны. Чай всегда покупал хороший, он бодрит и придает сил, когда на мясо и молочку денег нет.


— Вашу квартиру достроят?

— Надеюсь. Наблюдаю за строительством онлайн. В сентябре обещают отдать ключи. Нашего застройщика признали банкротом. После того как отстроят дом, наши жильцы выберут конкурсного управляющего. Сейчас достраивает компания ПИК, кажется, эта контора финансируется государством.


— Какой урок вы вынесли из всей этой ситуации, что надо было сделать не так?

— Я получил свою дозу антидота от глупости, от ревности, чувства собственности и себялюбия. Сейчас я поступил бы гораздо проще — остался бы с двумя квартирами, одну из которых записал бы на ребенка, и все было бы по-другому. Слава богу, у меня не хватило смелости на самоубийство, но это был финансовый суицид.


— Какую роль вы бы хотели сыграть?

— Что-нибудь из военного. Я хочу с гранатой под танк. Подвиг какой-нибудь сыграть.


— А вы знаете, как подвиг совершается?

— Я уже совершил один подвиг: выжил.


автор: Марина Ахмедова
фото: Ольга Филонова
специально для рубрики «Звездные истории»


Подготовлено по заказу Министерства финансов Российской Федерации в ходе реализации совместного Проекта Российской Федерации и Международного банка реконструкции и развития «Содействие повышению уровня финансовой грамотности населения и развитию финансового образования в Российской Федерации» в рамках «Конкурсной поддержки инициатив в области развития финансовой грамотности и защиты прав потребителей.

Связаться с героями и авторами рубрики можно по электронной почте: FingramStars@gmail.com

  • На уровень выше
  • Финансы на каждый день
  • Защита прав потребителей
  • Финансовые калькуляторы
  • Тесты
  • Детям и молодежи о финансах
  • Архив материалов
  • Для участников проекта
  • Для СМИ